С трагических события января 2022 года прошло 4 года. И снова в Алматы туман. "А можете ли вы уверенно сказать, что происходило в стране в январе 2022 года: мирное шествие, попытка государственного переворота, нападение террористов, общественный беспорядок, выступление недовольных властью, начало гражданской войны? И, может быть, теперь, спустя время, вам только кажется, что вы помните, что тогда происходило? Может быть, ваши воспоминания смешались с тем, что другие говорили и рассказывали в те дни или говорят и рассказывают сегодня?...". Именно так начинается книга, которую год спустя выпустил ОФ "ЦСПИ "Стратегия".

Источниковой базой данной книги послужили нарративные интервью с горожанами, проведенными в течение второй половины января – первой половины марта 2022 года. Респондентами выступили предприниматели, пожарные, сотрудники частных компаний, таксисты, военные и полицейские, как действующие, так и на пенсии, безработные, самозанятые, журналисты, политические активисты и общественники, представители ассоциаций, преподаватели вузов, повара, представители госорганов, студенты, пенсионеры, иностранные граждане. Всего было проведено 60 интервью. 

Предлагаем вашему вниманию несколько небольших отрывков из книги «От Арены до Площади. Проживая алматинскую трагедию» (Алматы, 2023. - 212 стр.).

"Туман

Эти январские дни запомнились сильным, иногда просто непроницаемым, туманом. Он висел в воздухе и днем, и ночью, не позволяя различать фигуры людей – кто свой, кто чужой. Особенную тяжесть туман приобретал в моменты атак, смешиваясь с облаками слезоточивого газа и дымом от взрывов, придавая нереальности происходящему вокруг, «как в каком-то голливудском кино про оживших мертвецов, когда из него появляются сначала силуэты, а потом – эта толпа».

В воспоминаниях очевидцев в связи с туманом играет значение и алматинский рельеф: тем, кто «выше», зачастую плохо видно, что происходит «внизу». «Идем по [ул.] Шевченко до [ул.] Байтурсынова, и тут видим, что с [ул.] Байтурсынова идут клубы дыма на перекресток. Там же [ул.] Джамбула/[уг.ул.] Байтурсынова в дыму, ничего не ясно, туман, хлопки, крики, и вой этот звериный, никаких там тебе «Шал, кет!», ничего, просто «Уууууу!». Байтурсынова/Джамбула мы еще не видим, там же горочка. И потом из дыма показываются 5 солдатских бушлатов», – так описывается противостояние 5 января между курсантами и участниками митинга.

Туман дезориентировал людей и во времени: «какого числа это было? Наверное 6-го, был сильный туман, все эти дни был сильный туман, или 7-го?», и в пространстве: «был какой-то туман, и ты не можешь понять, где это происходит, вроде как кажется, что это далеко стреляют, а потом говорят, что на ул.Абылай хана стреляли. Вроде кажется, что это близко, а оказывается, это где-то в стороне Толе би. И вот этот туман, эти погодные условия так все это завуалировали, что было очень сложно как-то точечно понять»". (с.97)

"Гражданское участие и сопротивление

В условиях создавшегося хаоса и безвластия в городе сработали силы общественной самоорганизации и самозащиты. Видя размах мародерства и грабежа, в некоторых районах Алматы, например, в мкрн. «Айнабулаке», сформировались добровольческие дружины по защите магазинов и других объектов от нападений мародеров. «Надеялись, что смогут защитить в случае какого-то конфликта с бандитами себя сами. У кого было оружие, там охотничье, его готовили. Но те, у кого не было такой возможности, они уже к вечеру 5-го начали объединяться в отряды самообороны. Вот самый непострадавший район города – это «Айнабулак», даже банкоматы всегда работали. Но мало, кто знает, что на самом деле определенное количество жителей «Айнабулака» 5-го числа пытались держать «зеленую» линию обороны, чтобы митинги не прошли через них».

И как рассказали наши собеседники, в местах, где были созданы отряды самообороны, не было фактов грабежей и мародерства, в то время как другие, менее сплоченные районы, подверглись нападению, «на улице Белинского жители поставили свои посты, чтобы их не грабили. А улице Ленинская смена (ныне ул.Акан Серi – прим.автора) просто осталась сама по себе, и я насколько знаю, там подергали магазины и что-то там. А у нас в каждом подъезде по 20 военных живет, и то – ограбили магазин!».

Все эти январские дни многие предприятия, несмотря на все сложности, неработающий общественный транспорт, сбой поставок, продолжали работать, оказывать жителям города необходимые услуги, «работники электростанций, люди, которые работали на хлебозаводах, врачи. Они выходили на работу несмотря на то, что было опасно несмотря на то, что они не знали, что происходит толком. Прямых указаний продолжать эту деятельность практически ни у кого не было. Хорошим примером является действие директора перинатального центра, на улицу Басенова. Во время этих событий это был единственный объект, где безостановочно принимали беременных женщин. И чтобы обезопасить объект от возможного нападения террористов, и не дай Бог, захвата заложников, директор этого центра попросила своих сотрудников добыть всевозможные там тряпки, простыни и написать на них на русском и казахском языках: «Здесь лежат беременные. Это роддом. Пожалуйста, сюда не заходите».

Часть продавцов и владельцев магазинов, воспользовавшись неопределенной ситуацией и дефицитом, завышали цены на самые необходимые товары, прежде всего, продовольственные. Но были и другие примеры, о которых с одобрением сообщали наши собеседники: «вот мы живем в микрорайоне «Жулдыз», и я 5-го числа пошел за хлебом, и увидел, там один картошку за 800 тенге продавал, хлеб 200 тенге. И им папа сказал: «да вы что?! Это же необходимые вещи!» Молоко они 1000 тенге продавали. Но это единственный магазин так делал. А там в «Жулдызе» в центре такой есть базарчик, на базарчике овощник даже на 5 тенге цену не поднял, говорит: «нет, я намаз читаю, я никогда так не сделаю».

В ходе бесед нам приводили многочисленные примеры взаимопомощи и поддержки, которую оказывали друг другу жители города в условиях дефицита продовольствия, прежде всего, хлеба, лекарственных средств и, конечно, отсутствия наличных денег, поскольку отключение интернета привело к невозможности использования банковских карточек и перевода денежных средств: «больше всего пострадали те люди, у которых были дети. Потому что у них постоянная потребность в хлебе, молоке, крупе. А в течение двух дней это все по городу закончилось. И люди не знали, чем кормить свои семьи»; «хлеба практически не было, нам друзья дочери привезли 5 лепешек, поделилась с соседями. Или вот мы вышли с супругом в магазин, стреляют, – здесь ДВД, – а кушать хочется. Из наличных у нас, наверное, тысяч 10 было, и тут парень один мечется, говорит: «Вы не знаете, где тут банкомат? Мне надо ребенку купить что-то». Я говорю: «Возьмите, вот у меня 5 тысяч есть». Он потом перевел по Каспи, когда все это заработало»; «у нас по улице Розыбакиева горячие лепешки продавали. Бедные ребята работали сутки, наверное, давали хлеб этот горячий, и вот мы за лепешками по 2 часа стояли в очереди».

И, конечно, в городе было много примеров того, как работали волонтеры, иногда, рискуя своей жизнью, оказывая помощь и поддержку нуждающимся горожанам. Большие проблемы с продуктами и едой испытали закрытые учреждения (детские дома, дома престарелых, кризисные центры), в которые после новогодних праздников не было поставок необходимых товаров, и в этом случае помощь волонтеров Алматы была без сомнений самой важной. «Р. сам обзванивал детские дома, спрашивал: «Есть хлеб?», а где хлеба не было – возил туда, где продуктов не было – возил туда сам. Потом одного волонтера убили прямо на Площади (Площади Республики – прим. автора), очень тяжело было психологически»; «надо особо отметить людей, которые приходили и привозили продукты, провизию. Со школы привозили к нам, так как школа закрылась, их продукты привезли нам, муку, яйца. Частные лица были, которые привезли яблоки, овощи, фрукты. И с местного акимата привезли. Люди отнеслись с пониманием, те, кто знает, что здесь находится Кризисный центр, что у нас не было возможности. Очень много помогли тогда. Оставили телефоны, если что-нибудь надо, чтобы написали, привезут. Они потом, оказывается, приходили и узнавали, все ли у нас хорошо»". (с.107-109)

При цитировании ссылка на книгу обязательна: "От Арены до Площади. Проживая алматинскую трагедию" - Алматы: Общественный фонд "Центр социальных и политических исследований "Стратегия", 2023. - 212 стр.

В декабре 2025 г. исполняется 30 лет с момента проведения выборов в первый созыв двухпалатного парламента, учрежденного новой Конституцией, что дает повод немного напомнить об истории становления казахстанского парламентаризма.

Казахстан на протяжении длительного периода времени активно применяет политики по снижению распространения курения, преимущественно ориентируясь на запретительную стратегию Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Основной акцент делается на ужесточении регулирования табачной продукции, строгих ограничениях и запретах курения в общественных местах, экономических мерах. Все эти меры направлены, по замыслу регулирующих органов, на сокращение числа курящих граждан и защиту некурящих от воздействия табачного дыма.
Первым специализированным актом в сфере регулирования оборота табака в стране стал Закон РК от 10 июля 2002 года № 340-II «О профилактике и ограничении табакокурения» . Этот закон комплексно регулировал отношения, связанные с производством, реализацией и потреблением табачных изделий, и определял основные меры по снижению распространенности курения. Целями закона были провозглашены защита здоровья населения, предотвращение курения среди несовершеннолетних и ограничение влияния табачного дыма на некурящих.

Какие изменения произошли в потреблении населением табачных изделий за последние годы ввиду проводимой многолетней запретительной политики курения?

Предлагаем вашему вниманию Обзор антитабачных мер, принятых в Казахстане, и оценку их влияния на уровень курения в стране, в том числе в сравнении с ситуацией в некоторых странах, принявших стратегию по снижению вреда от табака (THR).